Почти пять десятилетий лабораторных отчётов, каталогов и тонких шлифов лунных камней образовали корпус данных, сопоставимый с хронологией великих архивов. Гранулы, попавшие в вакууме в мешки астронавтов, придали осязаемость лунной истории, которую невозможно выдумать в павильоне: поверхностный слой из микробомбардировочного стекла, агглютинатов и металлического железа хранит энергетический автограф Солнца, космических лучей, метеоритного дождя.

Пыль против скепсиса

Изотопные соотношения кислорода — 16O, 17O, 18O — в реголите ложатся на диаграмму с наклоном Δ17O≈0‰, что отсекает земное происхождение. Газовые включения показывают отсутствие водной регургитации: отсутствие гидросиликатов, предельная сухость, доли промилле водорода. Цирконы с U-Pb возрастом 4,42 млрд лет разрушили гипотезу «вулканического стекла Аризоны», — Земля тогда ещё охлаждалась. Геохимики из Хьюстона использовали масс-спектрометр Finnigan-MAT 261, получив данные с погрешностью ±4 млн лет, недоступной полигонным образцам.

Минералы вне таблиц

Армалколит (Fe₂+MgTiO₅), названный по Армстронгу, Олдрину, Коллинзу, выявил термодинамический диапазон 1100-1500 °С при контакте с лунной вакуумной десорбцией, чего земное давление не терпит. Пироксферроит и триanquиллит закрепили уникальность: их синтез на Земле потребовал бы низкого кислородного потенциала, моделируемого только в камере с вольфрамовым тиглем и йодным буфером. Каждый фрагмент несёт микрократеры диаметром 5-20 µm, образованные вторжением микрометеороидов со скоростью 70 км/с, в стёклах сохранились сферы никель-ферро-кобальтового сплава с виридисцентной фрактографией, — маркеры вакуумного всплеска, непостижимые для земных условий.

Геохронология вне Земли

Метод космогенного 40Ar/39Ar раскрыл время экспозиции отдельных кусков анортозита: 280 = 20 млн лет свободного облучения, чего земная атмосфера не допустила бы. Надёжность продублировал дейтериевый термометр: отношение D/H в адсорбированном протоне указывает на отсутствие гидротермальной переработки. Отложенные плазмой сверхтонкие наночастицы Fe⁰, так называемый ильменитовый смазчик, придают реголиту характерный запах озонового крекинга, уже описанный астронавтами в модуле «Орёл».

Вершина доказательной пирамиды выглядит парадоксально скромно: серовато-коричневый порошок, хранящий геопоэзию Луны. Никакая киносъёмка не заменит кристаллографическую решётку, в которой время кристаллизовалось до атома. Лунный реголит остаётся молчаливым, но безапелляционным свидетелем человеческой высадки.