Я глядя на древние портуланы замечаю странную массу суши южнее Явы. Рукоять пера картографа XVI века дрожала, но линия континента проскальзывала вновь и вновь. Европейские мастерские, дышащие смолой и тёплым воском, словно подсказывали: за экватором ждёт terra incognita.

Мифы и карты

Старинные рукописи упоминают «Java la Grande» — название, за которым некоторые исследователи угадывают Австралию. Термин возник из смеси латыни и португальского наречия: лат. grandis — «величественный». Никакая экспедиция тогда ещё не оставила достоверного дневника, однако купцы уже строили маршруты, подчёркивая на глобусах новые берега.

Португальский след

Португальцы владели морем благодаря концепту «талассократия» — господство над путями. В моих источниках фигурирует навигатор Криштован Мендеш Перейра, которому приписывают рейд вдоль северного побережья континента приблизительно в 1521 году. Прямых артефактов мало, но в Лиссабоне хранится фрагмент astrolabium с выгравированным именем Timor, соседним с пометкой «Grande Terre do Sul». Латунная пластина послужила веским доводом для гипотезы о раннем визите иберийцев.

От Маккасара к Куку

Позднее на сцену вышли макасарские баггала — долблёные лодки из Сулавеси. Рыбаки за сотни миль искали трепанга и к 1700 году уже обживали бухты АрнемЛенда. Контакт с племенами йолнгу оформил обмен: железные топоры взамен водорослей-деликатесов. Так возникла одна из первых индо-австралийских культурных зон, описанная антропологом Уоллесом словом «пассерелла» — пролётная лестница цивилизаций.

Английский капитан Джеймс Кук ступил на восточный берег лишь в 1770 году. Его корабль «Endeavour» занёс новые координаты в адмиралтейский регистр, превратив континент в официальную точку Британской короны. При этом само слово «открытие» применимо лишь к европейскому восприятию. Народов аренда, ннгу вакулу-миджер уже насчитывали тысячи лун проживания на берегах, пока чужие паруса сверкали за линией прибоя.

Моё исследование сводит нити: гипотетический португалец, подтверждённый макасарец, документированный англичанин. Кто же первый? Ответ зависит от того, кому доверить приоритет — создателю карты, торговцу трепангом или капитану империи. Следовательно, вопрос «кто открыл» растворяется, когда признаётся факт многослойного освоения — шаг за шагом, курс за курсом, песня за песней костра под Южным Крестом.