Как судили и казнили Емельяна Пугачева

Донской казак Емельян Иванович Пугачев – один из самых известных самозванцев в истории России, сумевший всколыхнуть Империю и заставить по-настоящему испугаться Екатерину II Великую.

Он сумел организовать и провести блестящую военную компанию против царских войск, и лишь череда поражений и предательство ближайших соратников привели его к пленению и аресту.

Секретные следственные комиссии

Императрица Екатерина Алексеевна приказала учредить Секретную следственную комиссию еще в 1773 году в Казани, когда в руки правительства попали первые важные пленные, соратники Пугачева. Её задачей было расследовать обстоятельства, приведшие к восстанию.

Интересно. Императрицу волновал вопрос возникновения идеи самозванства. Ей нужно было понять, сам ли Пугачев пришел к мысли называться Петром Федоровичем, или ему «подсказали». Под подозрением были старообрядцы, московские дворяне («московская фронда») и иностранные державы.

Организовать работу комиссии должен был генерал А.И. Бибиков, который привлек в качестве следователей офицеров:

• А.М. Лунина;
• С.И. Маврина;
• В.И. Собакина.

Состав комиссии расширили представителями духовенства, переводчиками с татарского языка и членами Тайной экспедиции Сената. Отчитываться А.И. Бибиков должен был напрямую императрице, а местные власти обязаны были всячески способствовать его работе.

В начале 1774 года деятельность следственной комиссии была частично перенесена в Самару, куда этапировали большую часть арестованных. В этом городе ее возглавил подпоручик Г.Р. Державин. В его работу входило:

• содержать арестованных;
• организовывать розыскные мероприятия и допросы;
• способствовать распространению указов императрицы, Сената и Синода;
• подготавливать доклады о ходе следствия и отправлять их в Санкт-Петербург.

После смерти А.И. Бибикова в апреле 1774 года работа комиссий была реорганизована. Часть дел перенесли в Оренбург, а руководство должны были осуществлять генерал-губернаторы Брандт и Реннендорп. К этому времени были арестованы ближайшие соратники Емельяна Пугачева:

• М.Г. Шигаев – арестован 2 апреля под Оренбургом;
• Т.И. Подуров – арестован 1 апреля у Каргалинской слободы;
• И.Я. Пошталин – арестован 1 апреля под Оренбургом;
• А.Т. Соколов – Хлопуша – пленен в Сеитовой слободе 24 марта;
• И.Н. Зарубин – Чика – арестован 26 марта в крепости Табынск.

Интересно. К началу 1774 года в тюрьмах Казани, Оренбурга и Самары скопилось более 4 тысяч пленных, часть которых умерли от болезней и голода. Было принято решение сократить количество арестов.

В июне 1774 года руководить следственной работой стал П.С. Потемкин, родственник фаворита императрицы. Им были разработаны единые нормы, определяющие степень вины и меру наказания всех участников восстания:

• 1-4 степени – непосредственные участники, казацкие офицеры и старшины, поддержавшие Пугачева;
• 5 степень – лица, «сочувствующие» и распространяющие слухи о самозванце;
• 6-7 степени – перебежчики из числа офицеров и солдат правительственных войск, по той или иной причине вступившие в армию Пугачева.

До августа 1774 года через Секретные следственные комиссии прошло 12,5 тысячи человек. Было приговорено к смертной казни с исполнением на месте 42 человека. В июле в Оренбурге был казнен ближайший друг и соратники Емельяна Ивановича – Соколов – Хлопуша.

Интересно. По сведениям современных историков, не все пленные и арестованные дождались рассмотрения дела и следствия. Их казнили по приговору военного руководства. Только по приказу П.И. Панина было казнено более 500 человек, а телесным наказаниям и пыткам подвергнуты более 20 тысяч.

В августе 1774 года комиссия начала работу в Яицком городке. Следственные действия проводил С.И. Маврин. К тому моменту уже был организован заговор казацких старшин против Пугачева, ожидалось его прибытие на Яик.

Арест и первые допросы

Соратники Пугачева схватили его сразу после поражения у Черного Яра и 15 сентября доставили в Яицкий городок.

Допрос в Яйцом городке

С 15 по 18 сентября его допрашивал следователь С.И. Маврин и генерал-полковник А.В. Суворов, прибывший для этапирования пленного в Симбирск.

Самым подробным можно считать допрос от 16 сентября. Следователем С.И. Мавриным без применения пыток, просто в ходе беседы, были получены следующие сведения:

• обстоятельства бегства Пугачева с армейской службы в 1772 году;
• детали его перемещений по Дону, Тереку и старообрядческим поселениям;
• обстоятельства его побега из казанской тюрьмы.

Интересно. Историки считают сведения, полученные С.И. Мавриным в ходе первых допросов, наиболее достоверными. Пугачев тогда еще не выбрал линию поведения и был достаточно откровенным. Следователь в своих записках отмечал, что держался он с большим достоинством и не испытывал страха.

Для получения более детальной информации о ходе восстания, планах и целях самозванца следователю нужно было больше времени, но А.В. Суворов имел приказ о срочной его перевозке в Симбирск, куда уже прибыли П.И. Панин и П.С. Потемкин.

Интересно. В это время развернулась настоящая борьба между начальником следствия П.С. Потемкиным и командующим армией П.И. Паниным. Первый считал, что Пугачева необходимо доставить в Казань и даже отправил соответствующее распоряжение Маврину. Но депеша прибыла поздно: А.В. Суворов уже вез Емельяна Пугачева в Симбирск, куда прибыл и приказ императрицы о немедленной доставке самозванца в Москву.

18 сентября Пугачев был отправлен в Симбирск. Детали этой поездки хорошо описаны А.С. Пушкиным в его «Истории Пугачева» и монографии академика П.И. Рычкова (он потерял во время пугачевских воин старшего сына), который был очевидцем событий и даже беседовал с арестованным во время поездки. Пугачев, которого везли в специально оборудованной маленькой клетке вместе с сыном, держался мужественно, много беседовал с А.В. Суворовым, которому были интересны детали военных акций самозванца, извинился перед П.И. Рычковым за убийство его сына. Последний отмечал, что бунтовщик не меркантилен, сентиментален, набожен и искренне раскаивается в гибели множества невинных людей, хотя дворян и государственных чиновников невинными не считает.

Допросы в Симбирске

В Симбирске Пугачева допрашивали П.С. Потемкин, П.И. Панин и Михельсон. Им необходимо было выяснить:

• реальную биографию самозванца;
• источники появления идеи самозванства;
• детали хода восстания;
• планы бунтовщиков в отношении императрицы.

Впервые в ходе допросов к Емельяну Ивановичу были применены пытки, после которых он согласился со всеми предположениями и обвинениями чиновников, фактически оговорив себя и многих близких ему людей.

Интересно. Даже под пытками, однако, Пугачев отрицал причастность к восстанию иностранных держав. Им были отвергнуты и предположения о том, что ему помогали некие дворяне-заговорщики из Москвы и Санкт-Петербурга, стремящиеся совершить государственный переворот.

В Симбирске был написан первый портрет Пугачева. Автор его неизвестен, скорее всего, им был иконописец местной мастерской.

Несмотря на то, что арестованного подвергли пыткам, главной задачей П.С. Потемкина и П.И. Панина было сохранение его жизни и здоровья, а также предотвращение возможного самоубийства. Императрицей был дан жесткий приказ доставить Пугачева в Москву и подвергнуть суду.

26 сентября 1774 года Емельяна Ивановича под конвоем отправили в Москву. Путь был разбит на два этапа:

• от Симбирска до Мурома – ответственными за сохранение жизни пленника были назначены П.И. Панин и А.П. Галахов, доставивший в Симбирск приказ императрицы;
• от Мурома до Москвы – ответственным стал московский генерал-губернатор М.Н. Волконский.

Путь занял 10 дней. Заключенного везли в специальной зимней кибитке, движение осуществлялось только днем. Пугачева доставили в Москву 4 ноября 1774 года.

Допросы и очные ставки в Москве

Емельяна Ивановича разместили в специально подготовленном помещении Монетного двора. К этому времени в Москву доставили всех оставшихся в живых ближайших соратников самозванца и членов его семьи: двух жен и трех детей.

Следствие в Москве возглавили:

• московский губернатор М.Н. Волконский;
• глава Тайной экспедиции С.И. Шешковский;
• генерал-майор П.С. Потемкин.

Основной допрос арестованного длился 10 дней, с 4 по 13 ноября. Результатом этого допроса стали два протокола, составленные С.И. Шешковским. Один был передан членам вновь сформированного суда, другой – императрице.

Кроме основного, было проведено 13 дополнительных допросов и очных ставок. В самых важных из них речь шла:

• 8.11 – о чеканке монет с профилем самозванца;
• 15.11 – о действиях атаманов Н. Головы и В. Торгова (очная ставка);
• 16.11 – о поручике А.М. Гриневе (позже Пугачев признался, что оговорил его);
• 17.11 – о «царских» печатях Пугачева;
• 17.11 – о зверствах в Казани и убийствах дворян;
• 18.11 – о взаимоотношениях со старообрядцами (очная ставка с Осипом Коровой);
• 5.12 – о появлении и авторстве идеи самозванства (очная ставка с Зарубиным – Чикой).

Все допросы и очные ставки завершились в середине декабря 1774 года. На основе полученных сведений П.С. Потемкиным была составлена записка для императрицы, в которой он давал характеристику каждому важному участнику восстания и разделял всех обвиняемых на категории – «сорта вины», которых теперь становилось не 7, а 10. Эту формулировку использовали и при вынесении приговора.

Суд

На основе протокола С.И. Шешковского и записки П.С. Потемкина Екатериной II, Г.А. Потемкиным и санкт-петербургским архиепископом Гавриилом был составлен Манифест от 19 декабря 1774 года, который определял состав суда и ход судебного процесса.

Суд должен был пройти в Тронном зале московского Кремля. Судьями назначались:

• 14 сенаторов;
• 11 представителей трех первых классов;
• 5 членов Синода;
• 6 президентов коллегий.

Общий надзор за ходом судебного процесса должен был осуществлять генерал-прокурор Сената А.А. Вяземский.

Суд прошел 30-31 декабря. На первом заседании были рассмотрены материалы дела и опрошены 50 заключенных Монетного двора на предмет согласия их с данными, содержащимися в опросных листах. На втором заслушан сам Емельян Пугачев, и вынесены приговоры ему и его ближайшим соратникам.

Приговор и казнь

Пугачева и пятерых его соратников приговорили к смертной казни через четвертование, повешение и отсечение головы:

• А. Перфильев – четвертование; первый сорт вины, казнен вслед за Пугачевым;
• И. Зарубин – Чика – отсечение головы; второй сорт вины, казнь провели в Уфе;
• М. Шигаев, Т. Подуров, В. Торнов – повешение; третий сорт вины, казнены в тот же день, что и Пугачев.

Окончательный вариант «категоричной сентенции» – приговора, составленного сенаторами Д.В. Волковым, И.И. Козловым и П.С. Потемкиным, отказались подписать только лица духовного звания.

После того, как приговор был утвержден императрицей, было проведено последнее заседание суда, на котором определялось время, место и порядок осуществления смертных казней.

Приговор привели в исполнение 10 января 1775 года на Болотной площади в Москве. Перед этим всем приговоренным к смертной казни дали возможность исповедаться. Отказались от исповеди лишь староверы А. Перфильев и М. Шигаев – их предали анафеме.

А.С. Пушкин пишет о том, что Екатериной Алексеевной был отдан тайный приказ о «мягком» четвертовании, то есть казнь должна была начаться с отсечения головы, а не рук и ног. По его же сведениям, которые повторяет и П.И. Рычков, Емельян Иванович перед казнью держался достойно и просил прощения у собравшегося народа.

Интересно. Двух жен (Софью Дмитриевну и Устинью Петровну) и трех детей (Трофима, Аграфену и Христину) Пугачева причислили к «десятому сорту вины», то есть признали невиновными, однако они все равно были заключены в Кексгольмскую крепость. Всем его родственникам было приказано сменить фамилию (с Пугачевых на Сычевых), а станицу Зимовейскую переименовали в Потемкинскую. Императрица хотела стереть из памяти народа все, что связано с самозванцем и разбойником Емельяном Пугачевым.